ГЛАВА ВТОРАЯ. СИЛЛАБИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА ДВУСЛОЖНЫХ СЛОВ В РУССКОМ И АЗЕРБАЙДЖАНСКОМ ЯЗЫКАХ

ГЛАВА ВТОРАЯ. СИЛЛАБИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА ДВУСЛОЖНЫХ СЛОВ В РУССКОМ И АЗЕРБАЙДЖАНСКОМ ЯЗЫКАХ

Ana Sayfa » Elmi rəylər » ГЛАВА ВТОРАЯ. СИЛЛАБИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА ДВУСЛОЖНЫХ СЛОВ В РУССКОМ И АЗЕРБАЙДЖАНСКОМ ЯЗЫКАХ

2.1.Теории слога в языкознании

Ни одно другое понятие фонетики не является одновременно столь очевидным и столь запутанным, как понятие слога (57, 3).

Проблема слога сводится в основном к двум вопросам: 1) фонетическая природа слога и 2) принципы слогоделения. Теснейшая взаимосвязь этих вопросов более чем очевидна. Трудность проблемы слога, по крайней мере для таких языков, как русский и азербайджанский, заключается в том, что членение слова на слоги не связано с различением значения: семантика слова не зависит от разделения его на слоги. Слог не является носителем значения, а выступает лишь результатом физиологической последовательности движений артикуляционных органов, дающих определенный акустический результат (68, 186).

Вопросы слога и слогоделения давно привлекают внимание исследователей русского языка: одним из первых на эту тему писал еще в 1747 г. В.К.Тредиаковский (93, 292), из последних работ можно назвать работы М.В.Панова (77 ) и С.В.Князева (47; 48). За это время было создано несколько теорий слога, таковы, в частности, теория имплозии и эксплозии Ф. де Соссюра (91, 64–76), теория мускульного напряжения, разработанная на материале русского языка Л.В. Щербой (110) и теория слога как волны сонорности. Именно последняя теория, сформулированная на русском материале Р.И. Аванесовым (1) и подробно разработанная в трудах М.В. Панова (77; 79; 80) является сейчас наиболее распространенной, в частности именно она излагается в большинстве учебников фонетики современного русского языка. При этом все существующие в языкознании теории слога строятся на каком-либо одном критерии – акустическом (О. Есперсен, Р.И. Аванесов, М.В. Панов), артикуляционном (Ф. де Соссюр, М. Граммон, Л.В.Щерба), дистрибутивном (В.К. Тредиаковский, М.В. Ломоносов, Е.Курилович), хотя один изолированно применяемый принцип не позволяет предсказать место слоговой границы во всех конкретных случаях.

Как видно, вопросы слога и слогоделения с давних пор интересовали лингвистов.

2.I.1. Античная теория слога. Старую теорию, что слог определяется наличием гласной (т.е. сколько гласных, столько и слогов), существовавшую у древних греков и индийцев и называемую в литературе античной теорией, сменили затем теории экспираторная, имплозии/эксплозии, сонорная, теория мускульного напряжения и некоторые другие.

2.I.2 Следующей теорией слога, которая появилась на русской почве, является т. н. теория слога, учитывающая консонантную структуру начала слова. Основателем этой теории считается В.К.Тредиаковский, ее поддерживал М.В.Ломоносов. Согласно этой теории, слог может начинаться только на такие сочетания согласных, которые выступают в начале слова.

2.I.3. Экспираторная теория (или теория выдыхательного толчка), основанная на дифференциации выдоха и представленная в основном рядом немецких лингвистов конца XIX в., считает, что в потоке речи воздушная струя выходит не плавно, а идет толчками, и каждому толчку соответствует слог. Границей слога является момент самого слабого выдыхания.

Поэтому наиболее очевидной чертой, характеризующей произнесение любого слога, считался выдох. Без выдоха нет слога – это звучало как аксиома. «Мы не в состоянии произнести более определенного количества звуков последовательно, не возобновив запаса воздуха в легких… Единство выдоха конституирует слог», – писал В. Фиетор (57, 11).

Но сколько можно произнести звуков за один выдох, зависит от тренированности говорящего. У Г.Суита «группа, образуемая выдохом», может соответствовать предложению, слову. Другими словами, с выдохом можно связывать не только слог, но любую последовательность звуков данного языка, ограниченную только физиологическими возможностями акта дыхания. Это может составлять даже несколько предложений (57,11).

Представители этого направления в языкознании (И.Сторм, Р.Стетсон, Г.Суит, А.Росетти и др.) объясняют свою теорию, основываясь на понятии, что слог как сочетание звуков произносится одним выдыхательным толчком, что необходимым условием произнесения слога является выдох.

Экспериментальными исследованиями было доказано, что экспираторная теория имеет серьезные недостатки. Н.И.Жинкин пишет, что «если бы каждый слог произносился одним выдыхательным толчком, то при произнесении человеку пришлось бы делать 30 вдохов в минуту. Между тем известно, что при спокойном дыхании их производится только 16 » (40, 225). Иначе говоря, одним выдыхательным толчком можно произнести не только один слог, но и целое слово, а также несколько предложений.

Теория выдыхательного толчка подвергается критике и в других работах (100).

Но несмотря на явные недостатки этой теории она находит новых сторонников. Так, эта теория получила некоторую поддержку у А.Росетти, который в своей книге «О теориях слога» оказывает ей предпочтение, повторяя: «нет слога без выдоха» (57, 12).

Наряду с экспираторной теорией шли поиски и в других направлениях.

2.I.4. Теория имплозии/эксплозии. При произнесении слога наблюдается не только выдох, но и различного рода артикуляции. Ф.де Соссюр сделал следующие наблюдения: «когда произносятся звукосочетания типа appa, ощущается различие между обоими p , из которых первое соответствует смыканию, а второе – размыканию. И все же существование различия позволяет нам отметить особыми значками > и < первое и второе p в a >pp<a и тем самым характеризовать их, когда они следуют одно за другим в речевой цепочке. То же различие можно наблюдать не только у смычных; оно имеет место у фрикативных (a>ff<a), носовых (a >mm<a), плавных (a >ll<a) и вообще у всех фонем, включая гласные, кроме а. Смыкание называют имплозией, а размыкание – эксплозией; p может быть имплозивным ( >p) или эксплозивным (p<) . В том же смысле можно говорить о звуках затворных и звуках растворных (91,88). Эта теория получила название как теория имплозии/эксплозии.

Интересной представляется оценка М.В.Панова теории имплозии-эксплозии. Понаблюдаем,- пишет он,- как произносится сочетание аппа (например, в словах об палубу). Первый п произносится в момент смыкания губ, второй п – в момент размыкания: первый п (имплозивный) образуется в момент пресечения воздушной струи, идущей из легких, путем полного смыкания ротовых органов; второй п (эксплозивный) образуется в момент прорыва воздушной струи, при размыкании ротовых органов речи. Это можно наблюдать в зеркале: первая часть долгого п завершается смыканием губ, вторая произносится при размыкании: пп. Эти же две части можно найти и у долгих щелевых, и у долгих носовых, хотя граница между имплозией и эксплозией здесь менее резка, чем у взрывных. В слове ванна первая часть носового согласного произносится при усиливающемся смыкании, вторая часть – при его ослаблении; первая часть – имплозивная, вторая – эксплозивная. Напротив, в начале слова может быть долгий согласный, целиком имплозивный, раскрывающийся: в словах ссора, введение, сшибко начальные согласные имплозивные; их можно обозначить так: сс, вв, шш (79, 174).

Установление имплозивных и эксплозивных звуков и определение на этой основе слогораздела затем было разработано М.Граммоном на материале французского языка, объяснившим с их помощью явления ассимиляции и диссимиляции.

2.1.5. Теория мускульного напряжения. В русской фонетике названное направление (т.е.определение слога с помощью имплозии и эксплозии) представлено акад. Л.В.Щербой, а теория слога, разработанная им, называется теорией мускульного напряжения. Эта теория поддерживается особенно представителями Петербургской фонологической школы (Л.Р.Зиндер, М.И.Матусевич, Л.Л.Буланин и др.).

С точки зрения теории мускульного напряжения акад.Щербы, слогообразование в последовательности звуков определяется четырьмя условиями: 1)соположением, сочетанием звуков, обладающих свободным воздушным протоком, со звуками, образуемыми полным затвором или щелью; 2)определенным соотношением фаз артикуляции соединяемых звуков; 3)определенным распределением напряженности артикулирующих органов речи; 4)определенным распределением силы фонационного выдоха.

Наличие в слове более одного сочетания гласных с согласными само по себе создает подразделение слова на известные артикуляторно-слуховые отрезки, в которых звуки, обладающие свободным протоком, а потому в нормальной речи имеющие большую громкость, отделяются друг от друга звуками, образуемыми замыканием или сужением воздушного протока и имеющими меньшую громкость. Этими артикуляторно-слуховыми отрезками определяется в основном количество слогов в слове. На подразделение слова на отрезки в зависимости от чередования открытости, сужения или затвора воздушного протока и соответствующего подразделения по собственной громкости звуков накладывается определенное распределение мускульной напряженности, которое проявляется в усилениях и ослаблениях интенсивности работы мышц, регулирующих силу фонационного выдоха, и мышц артикулирующих органов (т.е. в гортани и в надгортанных полостях).

Распределением мускульной напряженности и определенным соотношением фаз артикуляции соединяемых звуков обусловливаются границы звуковых отрезков – слогов и тем самым уточняется количество слогов в слове; усиление мускульной напряженности характеризует собой начало слога, а соответствующее ослабление – его конец. Слоговая граница проходит в минимуме мускульной напряженности. Звуки в составе слога обнаруживают более тесные артикуляторно-слуховые связи, чем на стыке слогов. При этом звуки, обладающие открытым воздушным протоком, занимают центральное положение в структуре слога, а звуки, характеризуемые полным затвором или щелью, – маргинальное положение. Частным случаем является слог, состоящий из одного гласного.

Согласно этой теории, каждый слог как неделимая на артикуляционном уровне единица образуется «дугой» мускульного напряжения. Звуковой поток речи состоит из целого ряда таких «дуг», связанных между собой в большей или меньшей степени. Сам процесс образования этой дуги неоднороден. Он заключает в себе как бы три фазы: усиление напряжения, вершина напряжения и ослабление напряжения. Механизм этот выражен в следующих словах Л.В.Щербы: «В центре каждого слога имеется фонема, могущая быть более или менее продленной без всякого ослабления или усиления и называемая слогообразующей или слоговой фонемой. Ей может предшествовать группа звуков, которые составляют непрерывно усиливающуюся цепь и которые называются неслогообразующими или неслоговыми. За слоговой фонемой может следовать ряд звуков, которые составляют непрерывно ослабляющуюся цепь и которые тоже называются неслоговыми или неслогообразующими» (110,78). Новый слог начинается там, где начинается новое произносительное усилие, а слогораздел находится там, где это усилие минимально перед новым усилием (110, 79-80).

Как видно, теория акад. Щербы раскрывает физиологическую сущность образования слога, которая выражается в нарастании и падении мускульного напряжения.

По мнению многих лингвистов, заслугой теории мускульного напряжения Л.В.Щербы является то, что она облегчила задачу определения структуры слога, введя понятие сильноначальных, сильноконечных и двувершинных согласных, играющих решающую роль в слогоделении.

В отличие от экспираторной теории, где только выражалась надежда на правила слогоделения, в этой теории такие правила были довольно детально разработаны М.Граммоном для французского и Л.В.Щербой (37, 71-73) для русского языков.

Как пишут исследователи слога, рассмотрение основных положений теории мускульного напряжения показывает, что стремление положить в основу слогообразования артикуляторный принцип, т.е. свести указанную проблему к работе органов артикуляции, не дает желаемых результатов (100).

2.I.6. Сонорная теория слога. Датский лингвист Отто Есперсен относился к данным имплозии и эксплозии с большой осторожностью. Почему не надо возлагать больших надежд на получение объективных данных, например, по имплозивно-эксплозивным артикуляциям или другому «инструментальному» определению слога по его артикуляции? Потому что «информант с искусственным аппаратом во рту или в носу может говорить неестественно» (57,14). Даже если аппаратура настолько совершенствуется, что не будет физиологически мешать произношению, результаты опыта будут искажены психическим воздействием опыта. Когда информанта просто начинают записывать, он становится «нервным и неестественным» (57,14). Поэтому лучше искать путь, не требующий такого нарушения правил проведения опыта. Такой путь видели тогда в изучении слухового впечатления, вернее, в определении «на слух» относительной звучности элементов звуковой цепи. Определение слога по относительной звучности (сонорности) составляющих его элементов проводилось еще Эрнстом Брюкке, а затем получило распространение в работах В.Фиетора, О.Есперсена и др.

О. Есперсен разработал свою систему размещения звуков по их сравнительной звучности. Он дает «шкалу» сонорности, в которой все звуки языка распределяются в 10-ти группах, различающихся по сонорности. Самыми сонорными звуками являются гласные нижнего подъема, самыми несонорными – глухие смычные.

Различая «относительную» и «абсолютную» сонорность, О. Есперсен приходит к выводу, что старое положение о совпадении в слове количества слогов и гласных недостаточно, так как оно дается без учета «абсолютной» и «относительной» сонорности. По его мнению, существуют слоги без гласных, и вершиной таких слогов, т.е. самым сонорным звуком будет согласный, как правило, из класса сонантов.

Правда, сам О.Есперсен признает, что различие по сонорности среди глухих согласных не очень велико. И, тем не менее, он не только ставит их в разные ряды в шкале сонорности, но и признает за многими из них способность образовывать слоговые вершины. Все зависит от того, в каком сочетании по степени сонорности находятся эти звуки.

В наше время самой популярной теорией слогообразования в русском языке является сонорная теория. В вузовской литературе по русской фонетике при рассмотрении вопросов слога и слогоделения используются основные принципы сонорной теории. Л.Р.Зиндер, являющийся сторонником теории мускульного напряжения, признает, что «если, пользуясь сонорной теорией, подсчитать число слогов в словах, то в очень многих случаях она даст возможность получить правильные ответы. Это, по-видимому, и является причиной широкого признания этой теории» (42, 254).

В работах последнего времени также признается приоритет сонорной теории среди других теорий слога, исходя из того, что слогораздел имеет тенденцию обеспечивать восходящую звучность в начале слога. Наиболее вероятной моделью слога считается сонорная модель, когда слог интерпретируется как «волна» сонорности. Сонорная модель слога соответствует произносительному удобству, определяющему слоговую сегментацию (45, 75)

Дополнением к закону восходящей звучности при образовании слога и одновременно его подтверждением считается также закон минимальности колебаний звучности в слоге. Сущность этого закона заключается в тенденции к наименьшему количеству переходов внутри слога (103).

Применительно к русскому языку сонорную теорию слога разработал Р.И.Аванесов. По сонорной теории слог может состоять из наиболее звучного звука – гласного, так и из сочетания гласного и согласного, находящегося в превокальной и (или) в поствокальной позициях. В указанных позициях может функционировать не только одиночный согласный, но и сочетание согласных. Если вершина слога приходится на его середину, то начало его строится по восходящей звучности, а конец – по нисходящей. По этой теории самыми звучными звуками являются гласные, они и образуют вершину слога. По степени звучности ближе к гласным находятся сонорные, наименее звучными являются шумные согласные. Если в одном слоге имеется сочетание согласных, то они должны быть одинаковой звучности (напр., скот, кто, пост, мозг). Если же эти согласные по степени звучности разные, то они располагаются в такой последовательности: «шумный +сонорный» перед вершиной слога, образуя восходящую звучность (напр., брак, кнут, вскрик, стро-гий, друг, здра-вствуй, взбрести), «сонорный+шумный» за вершиной слога, образуя нисходящую звучность (напр., долг, верх, герб, ги-гант, сорт, спорт).

Как видно, для русского языка вместо десятибалльной системы звучности предлагается трехбалльная система: 1) гласные – звуки максимальной звучности, 2) сонорные согласные – звуки меньшей звучности по сравнению с гласными, но большей звучности по сравнению с остальными согласными и 3) шумные согласные – звуки наименьшей звучности.

Другую градацию звучности по сонорной теории слога дает М.В.Панов (79, 172) и некоторые другие языковеды (89, 81; 108, 125; 73, 73), которые по степени звучности звуки подразделяют на четыре группы и располагают их в такой последовательности: гласные – 4 балла, сонорные – 3 балла, звонкие шумные – 2 балла, глухие шумные – 1 балл.

Но делить звуки по степени звучности на 4 группы, где звонкие и глухие шумные подаются как разные по степени звучности, нет необходимости по той причине, что в потоке речи звонкие и глухие согласные, располагаясь рядом, уподобляются друг другу (имеет место или озвончение глухого согласного перед звонким или оглушение звонкого согласного перед глухим), в любом случае оба согласных становятся одинаковыми по степени звучности: или оба звонкие, или оба глухие. Так, в слове отбор в интервокальном положении имеется сочетание глухой согласной фонемы <т> со звонкой согласной фонемой <б>, но на фонетическом уровне (т.е. с произносительной точки зрения) здесь выступает сочетание звонких согласных звуков [дб]. В слове подкуп в интервокальном положении имеется сочетание звонкой согласной фонемы <д> с глухой согласной фонемой <к>, но на фонетическом уровне здесь одни глухие согласные звуки [тк] . Если же использовать четырехбалльную систему звучности, то в отдельную шкалу по степени звучности целесообразно включить среднеязычную сонорную согласную фонему < j >, и тогда эта система будет такой: гласные – 4 балла, сонорная j – 3 балла, сонорные м, н, л, р – 2 балла, шумные – 1 балл (33, 12-13)

Вместе с тем в литературе не раз отмечалось, что в действительности число градаций звуков по звучности значительно превышает те три или четыре ступени, которые выделяют в современном русском языке Р.И.Аванесов (1) и его последователи (77). Степень звучности сегментов возрастает прямо пропорционально величине сужения в речевом тракте. Поэтому для современного русского языка эта шкала выглядит следующим образом:

1 балл – смычные п, т, к, п’, т’, к’ (б, д, г, б’, д’, г’

2 балла – аффрикаты ц, ч’

3 балла – фрикативные ф, с, ш, х, ф’, с’, ш, х’ (в, з, ж, в’, з’, ж , j

4 балла – носовые м, н, м, н,

5 баллов – плавные р, л, р, л

6 баллов – глайды й

7 баллов – гласные верхнего подъема и, ы, у

8 баллов – гласные среднего подъема е, о, ъ, ь

9 баллов – гласные нижнего подъема а

Интересным представляется тот факт, что фрикативный согласный [j] в отличие от глайда [й] на шкале сонорности занимает место ниже, чем носовые и плавные, и это подтверждается случаями типа мыслью, песнью. Слова эти можно произнести по-разному: либо в два слога, и тогда нетрудно заметить, что после [л] и [н] произносится глайд [и] , либо с фрикативным [j] после [л ] и [н ] – и тогда эти слова явно трехсложны, что возможно только в том случае, если [л] и [н] сонорнее обоих окружающих согласных (47, 90) . Это подтверждает мысль о том, почему глайд [й] должен занимать особое место в шкале сонорности, причем выше, чем все остальные сонорные.

Ряд возражений против сонорной теории выдвигает А.А. Трахтеров. Учитывая, что сонорность определяется через степень участия голоса, он считает неправомерным включать в шкалу сонорности глухие согласные, как не обладающие свойством сонорности вообще (100). Тем более трудно согласиться с тем, что глухие фрикативные более звучны, чем глухие взрывные. Сам М.В.Панов хотя и включает в отдельную шкалу сонорности глухие шумные, признает, что считать глухие фрикативные более сонорными, чем глухие взрывные, как это делает О.Есперсен и некоторые другие языковеды, необоснованно: степень сонорности звука – это степень преобладания тона над шумом или шума над тоном. Но в звуках [п, т, к] и в звуках [ф, с, ш, х] эта степень одинакова: нет тона, господствует только шум. Согласные [ф, с, ш, х] ничуть не сонорнее глухих взрывных (79, 177).

Недостатки сонорной теории очевидны. Дело в том, что степень звучности конкретного звука не является его постоянной характеристикой. Она может меняться в зависимости от разных условий. Существенный недостаток этой теории состоит также в том, что она оставляет невыясненным механизм слогоделения. Сонорная теория не подкреплена никакими экспериментальными данными (21,158).

2.I.7.Теория оптимальности. Учитывая имеющиеся недостатки указанных выше теорий слога, а самое главное, что эти теории не охватывают всех случаев слогообразования, так как существуют различные варианты решения конкретных случаев слогообразования и слогоделения, в языкознании выдвинута еще одна теория слогообразования – теория оптимальности, которая допускает порождение в с е х возможных поверхностных форм, которые затем анализируются специальным фильтром, включающим в себя целый ряд иерархически организованных правил (точнее, ограничений или запретов) преимущественно фонотактического характера, и этот фильтр выбирает в качестве реальной поверхностной формы ту и только ту, которая нарушает лишь ограничения, занимающие более низкое место в иерархии (или наименьшее количество этих ограничений при прочих равных условиях). Ограничения при этом являются частью универсальной грамматики (они свойственны всем существующим языкам), а специфика каждого конкретного языка состоит в иерархической структуре ограничений, которая может быть выведена на основании анализа конкретных фактов данного языка (поскольку в большинстве случаев известно, какая именно форма – или формы – реально засвидетельствованы в данном языке). При этом, естественно, ограничения не являются безысключительными и непротиворечивыми, однако чем выше место данного запрета в иерархии, тем реже он нарушается. Действие фильтра осуществляется постепенно, от одного запрета к другому для всех возможных запретов: от ограничений, занимающих наиболее высокое место в иерархии, к менее существенным; при этом анализ данной формы на предмет ее соответствия запрету более низкого уровня имеет смысл только в том случае, если данная форма удовлетворяет запрету более высокого уровня (или этот запрет нарушает в с е возможные запреты) (47).

2.I.8. Теория слога с точки зрения последних экспериментально-фонетических исследований. В этой связи большую ценность приобретают наблюдения, производимые при помощи объективных методов исследования с использованием совершенной анализирующей аппаратуры, в особенности данные спектрального анализа речи. При разработке проблемы слога, как и во многих других областях, очень плодотворным оказалось творческое содружество лингвистов и физиологов. Физиологи подходят к речи с точки зрения того, как осуществляется управление произносительными органами в процессе речи. Экспериментально установлено, что простейшей артикуляторной конструкцией русской речи является смыкательно-размыкательное движение произносительных органов: смыкание при артикуляции согласного и размыкание при артикуляции гласного. Повторение этого артикуляторного комплекса (смыкание – размыкание) порождает последовательность открытых слогов. Речь, с артикуляторной точки зрения, и является такой последовательностью. Новейшие данные физиологических исследований относительно природы слога полностью соответствуют данным акустики. Они показывают, что господствующим типом слога в русском языке является открытый слог. Его элементы характеризуются максимальной слитностью друг с другом, максимальным уподоблением друг другу. «Наблюдения над артикуляцией показывают, что уже в самом начале произнесения слога СГ происходит подготовка к артикулированию гласного и что все движения, не противоречащие артикуляции согласного, начинаются с самого начала слога»(18, 35).

Как пишет Л.В.Бондарко, если слог характеризуется произносительной общностью входящих в него элементов, то мы должны признать, что с этой точки зрения сочетания СГ и ГС неодинаковы: в СГ действительно наблюдаем произносительную общность, тогда как в ГС каждый из элементов самостоятелен, не зависит от другого. В том, что с произносительной точки зрения эти сочетания неравноправны, может убедиться каждый желающий. Если быстро произнести последовательность сочетаний типа ГС, напр., ус-ус-ус или ап-ап-ап, то обнаружится, что стали произносить сочетание СГ (16, 125).

2.I.9. Теория слога в азербайджанском языкознании. Вопрос о слоге является одним из нерешенных вопросов и в азербайджанском языкознании. Дело в том, что слог, как фонетическая единица, до сих пор не был объектом специальных исследований на материале азербайджанского языка. Наиболее подробную характеристику слога в азербайджанском языке мы находим в работах А.Демирчизаде (118), А.Ахундова (115) и некоторых других азербайджанских языковедов (117; 2). А.А Ахундов правильно указывает, что нерешенность многих вопросов слога в азербайджанском языке связана с трудностями экспериментального анализа слога как фонетической единицы. Трудность исследования слога объективными методами, естественно, создает субъективное отношение к нему. Вместе с тем для характеристики слога как минимальной произносительной единицы имеется определенная теоретическая база, созданная на материале различных языков, в том числе и русского языка. Такая теоретическая база имеется и в азербайджанском языке. Согласно имеющейся в традиционном языкознании теории, слог и в азербайджанском языкознании рассматривается самой минимальной произносительной единицей. Считается, что слова и словоформы при их произнесении членятся на минимальные отрезки, которые называются слогом. Такое понимание слога принято почти во всех языках мира, в том числе и в азербайджанском языке (115, 245).

В то же время факты показывают, что в большинстве случаев слогообразование и слогоделение в каждом конкретном языке характеризуются своими специфическими особенностями, что связано с общей грамматической структурой языка, особенно с его фонетической структурой, структурой фонем, особенностями реализации фонем в потоке речи.

В связи с тем, что азербайджанский язык по своей грамматической структуре относится к агглютинативному типу языков, то в нем обнаруживаются свои специфические особенности слогообразования (115, 245).

По мнению А.Алекперова, в азербайджанском языке выделяется 6 типов слога, которые образуют около 20 структурных разновидностей ( 114, 422).

Азербайджанские языковеды сходятся во мнении, что в азербайджанском языке слогообразование основывается на гласных звуках, вершину слога могут образовать только гласные звуки (118,100-101; 115, 246; 117,91; 114,422). Гласные – слогообразующие звуки, они самостоятельно или в сочетании с согласными, являющимися неслогообразующими звуками, могут образовать слоги. Согласные же в составе слога могут находиться перед вершиной слога, т.е перед слогообразующим звуком – гласным или после слогообразующего звука – гласного. В первом случае согласные концом своим примыкают к гласным и тем самым становятся сильноконечными, их звучность и сила увеличивается; если согласный следует за гласным, то он началом своим примыкает к гласному и является сильноначальным, а конец его постепенно теряет силу и звучность. Если в составе слога встречается сочетание согласных, то в 90% таких слогов в консонантных сочетаниях один из согласных бывает сонорным, который, как правило, примыкает к гласному (117, 105). В составе слога в азербайджанском языке иногда встречаются и сочетания согласных, состоящих из нескольких сонорных. Но такие слоги встречаются только в заимствованных словах: qra – fik, dram, trak-tor, Ştra-us, şpris, spektr, blank, frank, Kreml, Çarlz и т.д. (118, 105).

В Ы В О Д Ы

1. Слог – единица чисто фонетическая, не имеет значения, поэтому в языкознании существуют различные теории слога.

2. Все существующие теории слога строятся в основном на двух критериях: на артикуляционном или на акустическом критерии.

3. Наиболее распространенными являются две теории – теория имплозии/эксплозии или теория мускульного напряжения, строящаяся на артикуляторном критерии, и теория сонорности, строящаяся на акустическом критерии.

4. В последнее время появилась теория оптимальности, учитывающая разные принципы слогообразования, и теория слога, исходящая из экспериментально-фонетических исследований, согласно которым русская речь преимущественно состоит из открытых слогов.

5. В азербайджанском языкознании в вопросах слогообразования учитываются принципы как теории мускульного напряжения, так и сонорной теории.

6. Слогообразование в азербайджанском языке основывается на фонетическом законе, согласно которому в азербайджанском языке слово не может начинаться на сочетание согласных. Поэтому неначальные слоги в азербайджанском языке бывают прикрытыми, причем прикрываться могут только на один согласный. В случае наличия интервокальных сочетаний согласных неконечные слоги в азербайджанском языке бывают закрытыми: в интервокальных сочетаниях согласных последний согласный сочетаний примыкает к последующему слогу, остальные согласные – к предшествующему слогу.

Xəbərlər

Əhməd Şahidov Serbiya Respublikasının Qaçqınlar və Miqrantlar üzrə Ali Komissarı ilə görüşüb Əhməd Şahidov Serbiya Respublikasının Qaçqınlar və Miqrantlar üzrə Ali Komissarı ilə görüşüb “Azərbaycan və Serbiya ərazi bütövlüyü məsələsində bir-birini dəstəkləyir” – Serbiya Parlamentinin vitse-spikeri ilə görüş “Azərbaycan və Serbiya ərazi bütövlüyü məsələsində bir-birini dəstəkləyir” – Serbiya Parlamentinin vitse-spikeri ilə görüş Əhməd Şahidov Serbiya Respublikasının Ombudsmanı cənab Zoran Paşaliç ilə görüşüb Əhməd Şahidov Serbiya Respublikasının Ombudsmanı cənab Zoran Paşaliç ilə görüşüb Əhməd Şahidov Bosniya və Herseqovinanın Ombudsmanı ilə görüşdə Azərbaycan həqiqətləri barədə danışıb Əhməd Şahidov Bosniya və Herseqovinanın Ombudsmanı ilə görüşdə Azərbaycan həqiqətləri barədə danışıb Azərbaycanlı girovlar Dilqəm Əsgərov və Şahbaz Quliyevin məsələsi ATƏT-in Vyana toplantısında gündəmə gətirilib Azərbaycanlı girovlar Dilqəm Əsgərov və Şahbaz Quliyevin məsələsi ATƏT-in Vyana toplantısında gündəmə gətirilib Əhməd Şahidov ATƏT-in Vyana toplantısında Avropanın təhlükəsizliyində azad medianın rolu barədə danışıb Əhməd Şahidov ATƏT-in Vyana toplantısında Avropanın təhlükəsizliyində azad medianın rolu barədə danışıb “İnsan hüquq və azadlıqları ölkələrin milli təhlükəsizliyini məhdudlaşdırmamalıdır” – Əhməd Şahidov ATƏT-in Vyana toplantısında çıxış edib “İnsan hüquq və azadlıqları ölkələrin milli təhlükəsizliyini məhdudlaşdırmamalıdır” – Əhməd Şahidov ATƏT-in Vyana toplantısında çıxış edib “Google və Facebook terrorizm və separatizm üçün əlverişli meydana çevrilib” – Əhməd Şahidov ATƏT-də internet təhlükəsizliyindən danışıb “Google və Facebook terrorizm və separatizm üçün əlverişli meydana çevrilib” – Əhməd Şahidov ATƏT-də internet təhlükəsizliyindən danışıb Macarıstan İşgəncələr Əleyhinə Fondu azərbaycanlı girovlarla bağlı araşdırmalara başlayır Macarıstan İşgəncələr Əleyhinə Fondu azərbaycanlı girovlarla bağlı araşdırmalara başlayır Əhməd Şahidov Budapeştdə Mərkəzi Avropa Universitetinin Siyasi Elmlər Mərkəzinin rəhbəri ilə görüşüb Əhməd Şahidov Budapeştdə Mərkəzi Avropa Universitetinin Siyasi Elmlər Mərkəzinin rəhbəri ilə görüşüb Ermənistanın Varşavadakı səfirliyi qarşısında azərbaycanlı girovlarla bağlı aksiya keçirilib Ermənistanın Varşavadakı səfirliyi qarşısında azərbaycanlı girovlarla bağlı aksiya keçirilib “Bir milyon azərbaycanlı məcburi köçkün humanitar fəlakətin qurbanıdır” – Əhməd Şahidov ATƏT-in Varşava toplantısında erməni işğalından danışıb “Bir milyon azərbaycanlı məcburi köçkün humanitar fəlakətin qurbanıdır” – Əhməd Şahidov ATƏT-in Varşava toplantısında erməni işğalından danışıb “Kipr türklərinin iqtisadi, sosial və mədəni haqları tapdanmaqdadır” – Əhməd Şahidov ATƏT-in Varşava toplantısında Şimali Kipr barədə danışıb “Kipr türklərinin iqtisadi, sosial və mədəni haqları tapdanmaqdadır” – Əhməd Şahidov ATƏT-in Varşava toplantısında Şimali Kipr barədə danışıb “Bura gəldim deyim ki, 7 aydır atamdan xəbər almırıq” – Dilqəm Əsgərovun oğlu ATƏT-in Varşava toplantısında çıxış edib “Bura gəldim deyim ki, 7 aydır atamdan xəbər almırıq” – Dilqəm Əsgərovun oğlu ATƏT-in Varşava toplantısında çıxış edib “Bu foto erməni faşizminin bariz nümunəsidir” – Əhməd Şahidov ATƏT-in Varşava toplantısında 2 yaşlı Zəhradan danışıb “Bu foto erməni faşizminin bariz nümunəsidir” – Əhməd Şahidov ATƏT-in Varşava toplantısında 2 yaşlı Zəhradan danışıb